$
Нефть
Золото

Искусство маскировки: как архитекторы прятали Москву

Войны, революции и другие исторические события всегда разрушают города мира. Москва — одна из тех редких столиц, чье культурное наследие не было уничтожено во время Второй мировой, благодаря фантастическим идеям архитекторов. 22 июня 1941 года гитлеровские войска вторглись в СССР – битва за Москву продолжалась с 30 сентября 1941 года по 20 апреля 1942 года. «Практика» вспоминает, как удалось спасти город от бомбардировок с помощью архитекторских находок.

 

Почему Москву пришлось прятать

На фронтах ситуация становилась критической, немецкие войска приближались к Москве, а возможность использовать советские аэродромы, которые были на оккупированной территории, делали столицу СССР легкой мишенью для бомбардировщиков люфтваффе. К этому моменту у немецких летчиков уже был опыт ночных рейдов на Лондон, и нужно было помешать немецким пилотам ориентироваться на местности.

26 июня 1941 года комендант Московского Кремля генерал-майор Николай Спиридонов предложил два варианта по маскировке Кремля. Первый способ – самый быстрый: нужно было окрасить здания, убрать блеск позолоченных глав соборов, снять кресты и имитировать городские кварталы вокруг Кремля. Второй способ сложнее: ложные городские кварталы нужно было образовать с помощью комбинации макетов, а не просто окраской и присыпкой, а через Москву-реку перебросить ложный мост.

01

По мнению Спиридонова, чтобы защитить от бомбардировки Московский Кремль, нужно было решить две стратегические задачи: помешать противнику найти Кремль на фоне города и сделать невозможным пикирование по отдельным зданиям.

Специальная комиссия осмотрела Кремль с колокольни Ивана Великого и с крыши гостиницы «Москва», обошла всю его территорию, очертила фронт работ и определила, какие понадобятся материалы. К работам было предложено привлечь декораторов, художников и инженеров-конструкторов, а приемку производить «воздушным наблюдением и аэрофотосъемкой с боевых высот». Лишь через 18 суток, 14 июля 1941-го, комиссия принимает проект маскировки, в первую очередь нужно было спрятать: ГУМ, Дом Совнаркома (здание нынешней Госдумы) и Дом правительства (более известный как Дом на набережной); 2-й дом Министерства обороны (Средние торговые ряды); Манеж, Библиотеку имени Ленина и строящийся Дворец Советов, а также Красную, Новоманежную площади, набережные реки Москвы и Водоотводного канала, гостиницу «Москва», площади у Москворецкого моста и все окружающие Кремль постройки.

 

Кто скрывал здания

Всю работу предстояло сделать за 10 дней. Участие в реализации задуманного принимали известные декораторы и архитекторы: Алексей Щусев (академик архитектуры, отвечавший за сохранение Мавзолея), Федор Федоровский (главный художник Большого театра и автор эскизов кремлевских звезд), Дмитрий Чечулин (будущий главный архитектор Москвы), Алексей Душкин (главный архитектор Метростроя и Метропроекта), Каро Алабян (вице-президента Академии архитектуры), Яков Чернихов (авангардист).


00

Работа по маскировке продолжалась и с началом бомбардировок на Кремль 22 июля ― уже 29 июля наблюдатели на самолете «Дуглас» проверили маскировку с воздуха. Комиссия рекомендовала «расписать площадь Моссовета, Пушкинскую площадь и среднюю часть улицы Горького от Моссовета до Манежной площади», застроить макетами Александровский сад и убрать статую женщины с крыши здания на улице Горького (теперь – Тверская).

Работа по маскировке зданий шла по всему городу такими темпами, что Исполкому Московского городского совета депутатов трудящихся даже пришлось выпустить распоряжение, запрещавшее «руководителям предприятий, учреждений, складов, жилых и нежилых зданий производить маскировочные работы своих зданиях без разрешения Московского совета».

 

Как происходящее объясняли газеты

Параллельно с этим населению объясняли принципы маскировки зданий со страниц газет. Так, 30 августа 1941-го в «Правде» вышла статья военного инженера 3-го ранга Ивана Мартынова, в которой он рассказывал о трех методах маскировки — сокрытии, деформации и имитации.

Последний, будучи самым действенным, требовал и максимальной активности, в частности было «необходимо различными средствами показывать мнимую жизнедеятельность — например, выпускать из труб дым и так далее». Беспечность, медлительность и безрукость в деле ограждения тыла «от последствий налетов фашистских стервятников», по словам Мартынова, абсолютно нетерпимы.

16-4

Первые два дня бомбардировке подвергались не только ложные строения в городе, но и ложные аэродромы. Масштабность немецких налетов стала тем временем угасать. По словам немецкого историка Клауса Рейнгардта, «противовоздушная оборона Москвы была такой сильной и хорошо организованной, что немецкие летчики считали налеты на русскую столицу более опасным и рискованным делом, нежели налеты на Лондон». Вопреки оптимистичным докладам экипажей, большинство бомб попало в парки, скверы, на территорию стадионов. Немалую роль в этом сыграла и грамотная маскировка зданий и площадей, которая позволила сохранить все знаковые сооружения столицы в целости и сохранности.

comments powered by HyperComments