Сегодня:
$
Нефть
Золото

Исцели себя сам: истории врачей, которые лечат людей от тех же болезней, которыми страдают сами

Что бы вы чувствовали, возьмись за ваше лечение доктор, у которого тот же диагноз, что и у вас? Прочитайте про четырех врачей – дерматолога, психиатра, онколога и акушера-гинеколога, – чьи истории болезней и борьбы с ними опубликовала Guardian.

Дерматолог с проблемами кожи

1837

Бав Шергилл: Будучи подростком, я ужасно стеснялся своего внешнего вида – я был весь усыпан прыщами с 15 лет. С таким лицом я жил, пока не поступил в медицинский колледж и не нашел в себе достаточно уверенности и мужества, чтобы сменить лечащего врача и получить направление в другую больницу. Так что теперь, когда я лечу людей, мне легко обращаться к ним с позиции собственного опыта, ведь когда-то я сам был на их месте.

Взаимосвязь между моим личным опытом и отношением к пациентам еще больше усилилась после того, как на исходе 30 лет у меня внезапно обнаружилась розацеа (заболевание кожи лица, сопровождающееся сильными покраснениями, гнойными высыпаниями, зудом и жжением). Я тогда работал в полные смены, параллельно ухаживая за беременной женой и маленьким ребенком, и как раз готовился к выступлению на ТВ-передаче, когда у меня случился молниеносный приступ. Я знал, что со мной происходит, я видел розацею и раньше, но с моим лицом творилось что-то просто ужасное, такой реакции я еще не встречал. Вылечившись, теперь я сам успокаиваю пациентов с таким же диагнозом этой историей, выполняя для них роль живого доказательства того, что лечение работает.

Я не могу говорить за всех врачей, но в моем случае личный опыт только помог мне при общении с пациентами. Ведь я по себе знаю, что такое месяцами ждать приема, а потом уйти с ощущением, что тебя вряд ли поняли за каких-то 10 минут. Я понимаю, каково это, когда тебе хочется выпить кофе с утра, чего делать, конечно же, не стоит (приступы розацеи провоцируются употреблением кофе, алкоголя и стрессом). Моя откровенность в конечном итоге успокаивает пациентов, и мы делимся своим опытом, помогая тем самым друг другу.

Психиатр, страдающий от депрессии

2933

Линда Гаск: В психиатрии акцент делается на «силу». Я с трудом представляю себе другого психиатра, который бы вышел и сказал, что у него тоже депрессия. В нашей профессии это скорее будет воспринято, как проявление слабости. Так вышло, что в моей семье у всех были разного рода проблемы с психическим здоровьем. К тому моменту, когда я поступила в медицинский университет, я довольно часто испытывала тревожное состояние. После одного особенно тяжелого периода депрессии я спросила своего психиатра, могу ли я тоже начать работать в этой же области. Я чувствовала, что мне самой так намного спокойнее, и главное, я правда понимаю, чем можно помочь людям, страдающим, как и я. К моей радости, он согласился.

Я не считаю, что работа психиатром автоматически помогает вам решить и собственные проблемы. Порой нам просто нужен друг, который не станет сразу предлагать спектр всевозможных решений, а просто выслушает и напомнит обо всем хорошем, что есть в нашей жизни. Стараюсь ли я сохранять границу в общении с пациентами, если они спрашивают, чувствовала ли я когда-нибудь что-то подобное? Да. Я напоминаю им, что здесь мы говорим в первую очередь о них, но не скрываю, что сама проходила через это. В конце концов, я потратила годы, убеждая людей, что психические проблемы нужно лечить, и этого не стоит стыдиться. Поэтому, зачем я сама должна поступать иначе?

Акушер-гинеколог, которая не могла иметь детей

3648

Шэннон Кларк: Когда я впервые увидела, как на свет появился ребенок, моя жизнь изменилась. Это произошло в операционной, все вокруг было стерильно, люди были в масках, и никто не видел, как я плакала. Решив специализироваться на акушерстве с высокими факторами риска, я долгое время полагала, что справлюсь, если сама никогда узнаю, что такое материнство. Моей целью было стать первоклассным врачом. Так продолжалось до тех пор, пока я не встретила моего будущего мужа, Рене. Мы поженились, и я вдруг остро почувствовала, как хотела бы иметь своих детей.

Все попытки, которые мы предпринимали, заканчивались неудачами. Мне стало тяжело работать. Глядя на женщин, которым я помогала, трудно было не думать про себя: «Почему не я?». Но я старалась не сдаваться. Перепробовав все возможные варианты, мы пришли к ЭКО, и после многократных попыток я наконец смогла выносить и родить двух близнецов. За все это тяжелое, полное испытаний время я многое узнала для себя. Я понимаю, что испытывают женщины, которые проходят через то же, через что прошла и я. Мне стало гораздо тяжелее смотреть на тех, кто потерял своего ребенка. Я понимаю, каким разрушительным потрясением это может быть, и стараюсь дать женщинам время, чтобы оплакать свое горе. В итоге я стала лучше понимать, что можно и чего нельзя говорить пациенткам, когда нужно помочь и когда лучше отойти в сторону.

Онколог, справившийся с раком


4200

Дэвид Карбон: Пожалуй, больше всего меня подвигло стать онкологом то, насколько тесная, даже личная связь возникает между врачом и больным раком. Все пациенты, которые приходят ко мне с диагнозом «онкология», открывают для себя мир новой лексики и людей, которым они вверяют свою жизнь.

Когда мне было 44, у меня обнаружили рак легких третьей степени. Лечащему врачу с таким диагнозом и легче, и тяжелее одновременно. Легче, потому что я знал, кому из специалистов я могу доверить свое здоровье, но тяжелее от того, что я осознавал, каким уродливым бывает рак, и в каких мучениях от него умирают люди.

Я пережил свой рак, потерял часть легкого, прошел через химио- и лучевую терапию. Моя первая жена ушла от меня, но я уже снова женат и могу разве что сказать, что жизнь бывает очень непредсказуема, и порой ты не можешь угадать, как отреагируют люди. Тогда я понял всю важность семьи и друзей, которые были рядом. Я всегда проявлял сочувствие по отношению к своим пациентам, но пока я не прошел через то же, через что проходили они, я не думаю, что я по-настоящему понимал их. Сейчас я стараюсь быть доступным для них в любое время, часто созваниваюсь и вижусь с ними. Как я уже сказал, это довольно интенсивные отношения, но очень значимые и стоящие того.

Рассказанные выше истории наглядно показывают, как люди, сталкивающиеся порой с тяжелейшими в жизни трудностями, не сдаются, преодолевают их и одновременно помогают бороться другим, кто оказался в такой же ситуации. Не каждому удается выйти из таких историй абсолютным победителем, порой обстоятельства оказываются сильнее, но все же каждый мог бы спросить себя, а что я уже сделал и что еще могу сделать для себя и для других?

Оставить комментарий

avatar
wpDiscuz

Как успевать читать всё интересное?

Получайте лучшие материалы в нашей рассылке